С «ну» не на­чи­нать; «вот» не за­кан­чи­вать; в раз­го­во­ре не мы­чать, не «акать», не за­пи­нать­ся; из­бе­гать чрез­мер­ных «-то», «-ка», «же». Слож­но ска­зать, когда такие ре­ко­мен­да­ции в поль­зу «чи­стой и кра­си­вой» речи на­ча­ли раз­да­вать на­пра­во и на­ле­во, но не­ве­ро­ят­но слож­но из­ба­вить­ся от этих ма­лень­ких сло­ве­чек, не не­су­щих, ка­за­лось бы, ни­ка­ко­го смыс­ла: для рус­ско­го че­ло­ве­ка это рав­но­силь­но по­те­ре дара речи.

Это не су­ще­стви­тель­ные, не гла­го­лы, не при­ла­га­тель­ные, а ча­сти­цы и союзы, ко­то­рых в ве­ли­ком и мо­гу­чем огром­ное мно­же­ство. Их по­ло­же­ние стран­но: с одной сто­ро­ны, они на­вод­ня­ют рус­скую речь, с дру­гой,  — их тол­ко­ва­ние от­сут­ству­ет в самых серьёзных учеб­ни­ках, по­это­му любой ино­стра­нец, дерз­нув­ший изу­чить рус­ский, узнаёт о них в по­след­нюю оче­редь, а когда узна­ет, не­ма­ло удив­ля­ет­ся их на­зна­че­нию.

1.  Возьмём, к при­ме­ру, сло­веч­ко «ведь». Пред­ло­же­ние «ты ведь туда уже ходил» ока­зы­ва­ет­ся в чём-то ярче и вы­иг­рыш­нее, чем про­стое «ты туда уже ходил», слов­но «ведь» до­бав­ля­ет к фразе нечто очень важ­ное.

Если раз­уз­нать у фи­ло­ло­гов (а про сло­веч­ко «ведь» на­пи­са­на не одна серьёзная ста­тья), то оно будет зна­чить при­мер­но сле­ду­ю­щее: ты зна­ешь, что и я знаю, что ты туда ходил, но, на­вер­ное, ты об этом забыл, а я хочу тебе на­пом­нить об этом, при этом я удив­ля­юсь, что ты это забыл, по­то­му что ты об этом дол­жен был пом­нить… 2. Иными сло­ва­ми, «ведь»  — это свое­об­раз­ное на­по­ми­на­ние ад­ре­са­ту, что он дол­жен из­влечь из своей па­мя­ти нечто по­те­рян­ное, но даже такое объ­яс­не­ние не в силах рас­крыть весь букет смыс­ло­вых от­тен­ков этого не­зна­чи­тель­но­го слов­ца. 3. К «ведь» от­но­сят­ся на­мно­го тер­пи­мее, не­же­ли к «ну», по­след­нее во­об­ще при­рав­ни­ва­ет­ся к ко­ро­вье­му мы­ча­нию и по­лу­ди­ко­му не­мот­ство­ва­нию,

4.  а ведь с «ну» в нашей уст­ной речи на­чи­на­ет­ся чуть не каж­дое тре­тье пред­ло­же­ние. Го­во­ря­щий раз­ду­мы­ва­ет, из мно­гих ва­ри­ан­тов он вы­би­ра­ет что-то одно, но, вы­брав, так до конца и не одоб­ря­ет свой выбор, остав­ляя его как бы вре­мен­ным. «Ну» - это слово-взве­ши­ва­ние, хотя ино­гда это и слово смяг­че­ние: «ну не надо быть таким упря­мым» или, на­о­бо­рот, слово-уси­ле­ние: «ну это ты пре­уве­ли­чил».

Ино­стран­цу по­нять такой ход мысли ре­ши­тель­но не­воз­мож­но, а пе­ре­вод­чи­ка такие обо­ро­ты могут по­ста­вить в тупик. Если в не­мец­ком, ита­льян­ском и от­ча­сти фран­цуз­ском язы­ках таких слов вроде бы хва­та­ет, то в ан­глий­ском их до от­ча­я­ния мало, вот по­че­му пе­ре­во­ды наших клас­си­ков на ан­глий­ский все­гда вы­гля­де­ли не­мно­го плос­ки­ми, если не ска­зать «слю­ня­вы­ми».

Ино­гда ма­лень­кие ча­сти­цы сби­ва­ют­ся в на­сто­я­щих мон­стров и об­ра­зу­ют кон­струк­ции типа «вот толь­ко-толь­ко», «ну раз так», «так-то оно так, да вот…», перед ко­то­ры­ми дру­гие языки уже па­су­ют.

Ло­ги­че­ское уда­ре­ние и ин­то­на­ция для ча­стиц чрез­вы­чай­но важны: от этого за­ви­сит смысл всей фразы. Здесь остаётся толь­ко удив­лять­ся, как рус­ский че­ло­век может точно от­ве­тить на во­прос, не ска­зав особо ни­че­го:

– Как здо­ро­вье?

– Ну та́к…

– Да ты на­сто­я­щий ма­стер!

– Ну´ так!

– Как тебе фильм?

– Очень даже ни­че­го.

По­след­няя ре­пли­ка для стро­го­го ло­ги­че­ско­го мыш­ле­ния - пол­ная ка­та­стро­фа. А стоит не­мно­го по­иг­рать со сло­ва­ми, как «очень даже ни­че­го» пре­вра­ща­ет­ся в «вот во­об­ще ни о чём», то есть по­ло­жи­тель­ный отзыв ста­но­вит­ся от­ри­ца­тель­ным.